Но за красивыми цифрами быстро показалась другая реальность. Сам Лукашенко признал: рост показателей ещё не означает, что хозяйства стали по-настоящему эффективными. Нет высокой рентабельности, нет больших свободных денег — значит, модель работает не так, как задумывали.
Главное решение — агрохолдинг «Купаловское» фактически разбирают. Председатель Могилёвского облисполкома Анатолий Исаченко сообщил, что хозяйства сохранятся, но будут работать отдельно: со своим руководителем, штатом, территорией и расчётным счётом. В коммунальную собственность переходят «Новогородищенское», «Любиничи-Агро» и «Большие Славени».
Сначала укрупняли, теперь разбирают обратно
То есть сначала хозяйства укрупняли, объединяли, передавали под Управление делами, обещали современное управление и новый уровень аграрного производства. А теперь приходят к выводу, что самостоятельные предприятия на местах, возможно, будут эффективнее.
Особая ирония в том, что «Купаловское» — не просто очередной сельхозпроект. Это тот самый холдинг, который в 2019 году прогремел на всю страну после визита Лукашенко на ферму в Шкловском районе. Тогда ему показали коровники, и он устроил чиновникам публичный разнос.
Фраза «это же Освенцим» стала почти символом той поездки. Лукашенко возмущался условиями содержания животных, говорил, что больные коровы должны находиться в сухом и чистом месте, а не в грязи. Самый жёсткий момент прозвучал прямо в коровнике: «Ты посмотри на эту скотину! Она же вся обосранная, и уже на шерсти закорело всё».
После того визита полетели должности. Работы лишились глава Могилёвской области Владимир Доманевский, председатель Шкловского райисполкома и помощник по Могилёвской области. Министр сельского хозяйства Леонид Заяц и вице-премьер Михаил Русый тоже потеряли посты. Тогда обещали навести порядок и сделать из проблемного хозяйства едва ли не пример.
Миллионы вложили, но модель не сработала
Прошло 7 лет. Деньги продолжали идти. По официальным данным, только за последние полтора года в структуры вложили более 200 млн рублей: на технику, удобрения, семена, лизинг и другие нужды. Но теперь выясняется, что управляющие компании так и не выстроили единую производственную, финансовую и инвестиционную политику. Более того, их функции во многом дублировали районные сельхозуправления.
Если сказать проще: над хозяйствами создали ещё один управленческий этаж, но он не дал того результата, ради которого всё затевалось.
Отдельно звучали претензии к состоянию дел на местах: вырос падёж крупного рогатого скота, техника к уборочной была подготовлена не идеально, а кормозаготовка и ремонтная база вызывали вопросы. Для проекта, который подавали как витрину, это выглядит особенно показательно.
И вопрос здесь простой: если проект годами называли нужным и перспективным, то кто ответит за то, что его теперь разбирают обратно?
Комментарии закрыты.